HomeMadecafe

Большой Гнездниковский переулок знаменит домом номер 10. Его сто лет назад в духе заветов позднего модерна построил инженер Нирнзее: доходный дом с коридорной планировкой, квартирами для холостяков, с катком на крыше для роллеров. Была в доме Нирнзее и столовая — говорят, в ней-то и открылось HomeMadeCafe. Правда, непосредственно перед этим здесь работало трэш-кафе «Максимус», но от него ничего кроме антресоли не осталось.

Обилие стекла и света не противоречит уюту, источаемому самодельными постерами из цветных вкладок «микояновской» «Книги о вкусной и здоровой пище» 1952 года издания. Пачки с пельменями и фабричные сыры на стенах не случайны — советского в кухне чуть, но «одомашненность» присутствует как в построении меню, так и на уровне отдельных блюд, каждое из которых — некий идеологический гибрид трендов сезона и «мещанской» нейтральности и умеренности. Самое дорогое блюдо — телятина на косточке с аджикой и чечевицей, суммы между 200 и 300 встречаются в строке цен чаще всего. Меню-скатерть печатается каждый день — со специальной информацией о профессиональных праздниках вроде «Дня шахтера», как в отрывном календаре, и программой показа советского кино на «плазме».

В меню каждый день новости, но есть и краеугольные вещи, из потребления которых можно сделать привычку — если только они не испортятся со временем. Гороховый суп с копченостями (150 р.) — свежий, немного в санаторном духе. Тайский ролл из рисового теста с креветками — нейтральный, но вкус можно корректировать сладко-терпким прозрачным соусом. Рыбные котлеты с картофельным пюре и соусом тар-тар сочные и необычные — смешанное мясо рыб разных пород дает неоднородную структуру, отчего сама котлета становится немного «зернистой», что добавляет приятных ощущений при откусывании. Шоколадный флан по-своему уникален: классический полужидкий шоколад вытекает из этого кекса так равномерно и неторопливо, что это кажется каким-то фокусом. Тирамису — не жидкий, но и не слишком густой, эдакий неожиданно удачный гибрид итальянской классики и русского представления о тирамису. Впрочем, здесь все так, и каким образом удается держать этот баланс между адаптированностью к специфическим московским вкусам и отсутствием кулинарной пошлости — загадка.